НОВАЯ ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ «ГЕНДЕРНЫЙ ПЕРЕХОД» ИЛИ К ЧЕМУ ПРИВОДИТ ОТСТАВАНИЕ В РАЗВИТИИ ГЕНДЕРНОГО РАВЕНСТВА В СЕМЬЕ ОТ РАЗВИТИЯ ГЕНДЕРНОГО РАВЕНСТВА В ОБЩЕСТВЕННОЙ ЖИЗНИ

Новая концепция гендерного перехода базируются на феномене устойчивости патриархатных отношений в семье по сравнению с ростом эгалитарности в общественной сфере. Подобное противоречие порождает целый комплекс последствий во всех сферах жизнедеятельности человека. Гендерный переход, то есть переход к гендерному равенству последовательно в разных сферах жизнедеятельности, имеет претензии на универсальность, содержит свои стадии перехода. Выделяется три стадии перехода.

На первой стадии гендерное равенство начинает проникать в общественные институты, на второй происходит значительное отставание домохозяйственных институтов от общественных в отношении развития гендерного равенства, на третьей – домохозяйственные институты «догоняют» в гендерном развитии общественные (стадия будущего). Устойчивость гендерного неравенства в распределении домашнего труда позволила вычленить отдельную стадию в гендерном переходе, влияющую на экономическое и демографическое развитие общества.

Первая стадия гендерного перехода – рост эгалитарности в общественной сфере. Для нее характерны демографические и социально–экономические изменения, как то: снижение рождаемости, расширение доступа женщин к планированию рождения детей и охране репродуктивного здоровья, легализация абортов, снижение материнской смертности, рост мужской сверхсмертности; формирование профессиональной гендерной сегрегации и гендерного разрыва в оплате труда, развивающейся системы социальной поддержки за детьми, изменения отношения работающих женщин к количеству «необходимого» домашнего труда, при сохранение его гендерной асимметрии, увеличение потребления домохозяйствами бытовых услуг, вовлечение женщин в пенсионные и сберегательные схемы, в модели наследования, формальный доступ женщин к политическим решениям.

Вторая стадия – адаптация к эгалитарному общественному порядку и патриархатному домохозяйственному порядку. Для нее характерно снижение рождаемости ниже уровня простого воспроизводства, откладывание браков и рождений, появление феномена «сознательная бездетность», продолжение роста мужской сверхсмертности, отставания мужчин в продвижении по стадиям эпидемиологического перехода, активное вовлечение женщин в трудовую миграцию; продолжающийся рост уровня женской занятости, растущая конкуренция мужчин и женщин на рынке труда при сохранении профессиональной гендерной сегрегации и гендерного разрыва в оплате труда, перевес женщин на третьей ступени образования, рост абсолютного объема домохозяйственного неоплачиваемого труда, сохранение асимметричного гендерного распределения домашнего труда, увеличение потребления домохозяйствами бытовой техники, услуг образования, транспортных, информационных, финансовых услуг и автомобилей, расширение пенсионных и сберегательных схем за счет женщин, разрыв между формальным равенством в правах и возможностях и гендерным неравенством на практике в большинстве сфер жизнедеятельности. На этой стадии может происходить усиление эксплуатации женщин либо по причине конфликта родительских и профессиональных интересов, либо по причине конфликта сохранения патриархатных властных отношений в домохозяйстве (заработок жены может присваиваться и управляться мужем).



Каждая страна имеет свои специфические черты прохождения стадий гендерного перехода. Глубина падения рождаемости, например, в значительной степени зависит от социальной политики государства, способной или неспособной сгладить конфликт профессиональных и репродуктивных интересов женщины. Третья стадия гендерного перехода – рост эгалитарности в домохозяйственной сфере, стадия будущего. Для нее характерно: рост рождаемости, реализация (и рост) репродуктивных установок, снижение гендерного разрыва в смертности, рост доли трудовых мигрантов–женщин в сферах, связанных с предложением высококвалифицированного труда; стабилизация (незначительный рост) доли женской занятости, внедрение образовательной парадигмы «образование, повышение квалификации переквалификация в течение всей жизни» для обоих полов, снижение абсолютного объема домохозяйственного труда, более равномерное гендерное распределение неоплаченного домашнего труда, вовлечение мужчин в воспитание детей и поддержание домашнего хозяйства, выравнивание вложений в человеческий капитал и отдачи от вложений по полу, рост потребления домохозяйствами информационных услуг и технологий для дистанционной, продолжающийся рост доли женщин среди передающих наследство (как правило, через поколение), принятие равноценности «женских» и «мужских» ролей для индивидуального и общественного развития.

Подчеркнем всеохватный характер влияния развития общественных и домохозяйственных институтов на социально–экономическое и демографическое развитие: на режим воспроизводства, на рынок труда, на образовательную сферу, на домохозяйство и макроэкономическую сферу (модели потребления, сбережения, наследования; распределение доходов и бюджетов времени в домохозяйстве), на экономический рост.

Современное понимание равенства, как равенства самоценности гендерных групп, может быть достигнуто при дальнейшем изменении системы ценности у женщин и мужчин в сторону гармонизации ролей в домохозяйстве и на рынке труда на разных стадиях жизненного цикла, в сторону равного отношения и равного «оценивания» традиционно «женских» и «мужских» ролей. Завершающая стадия гендерного перехода – восстановление баланса гендерного равенства в частной и общественной жизни.

Раздел 16. Конструирование гендерной идентичности, женственности и мужественности в современных общественных дискурсах

О.Н. Павлова

Москва, Московский институт аналит. психологии и психоанализа

«СОБЫТИЕ ФРЕЙД» В ИСТОРИИ ЖЕНСТВЕННОСТИ

Лу Андреас–Саломе, по ее мнению, пережила на 51 году жизни духовный переворот, впервые встретившись с психоанализом и З. Фрейдом. Эту революцию души она назвала «Событие (с большой буквы!) Фрейд». Трудно было бы себе представить, что можно было бы обойтись без идей Фрейда или как–то так извернуться и случайно или намеренно обойти их стороной. В чем же важность для меня фрейдовского подхода к «женскому» в женщине? Что нового он привнес в кладовые научной человеческой мысли по этому поводу? Я считаю, что совершив поистине революционное для культуры человечества открытие психоанализа – обратившись к микрокосму человека, к его глубинам, к бессознательному, З. Фрейд запустил новую эпоху в исследовании «женского вопроса», ознаменованную новой методологией изучения и осмысления «женского».

Конечно, Фрейд не был первым, кто обратил внимание на проблему женско–мужских отношений и природу женщины. И сегодня мы можем назвать имена этих великих людей, создавших прецедент понимания «женского» как ценного и отличного от «мужского» и заложивших фундамент в фрейдовское, а потом психоаналитическое исследование женского. А вот смелости впервые проникнуть за занавес в сказочный метафорический и символический мир женских чувств и изучить эту казавшуюся во все века мужчинам «территорию» жуткого, внушающую страх и ужас удалось лишь З. Фрейду и его первым последователям–психоаналитикам.

Я сейчас вспоминаю его работу «Жуткое» и концепцию двойника[554]. Можно продолжить ее, чтобы почувствовать этот мужской ужас перед «женским глубинным» содержанием, назвав женщину символическим «двойником» мужчины (разговор идет о восприятии мужчиной женщины, женщина мужчину видит по–другому). Конечно, З. Фрейд был не единственным, кто был заинтересован в изучении глубинного женского, эти имена вошли в историю психоанализа: К. Абрахам, Х. Дойч, А. Адлер, Э. Джонс и многие другие. Они питали идеями З. Фрейда, он обобщал и интегрировал. Ж. Шассге–Смиржель обращает наше внимание на фаллический монизм теорий сексуальности и женственности З. Фрейда[555], в базисе которых заложен краеугольный камень концепции зависти к пенису. Несмотря на данный вывод, она также указывает на разногласия в его собственных мнениях. Эти противоречия, которые отметила Ж. Шассге–Смиржель, заключаются в отрицании З. Фрейдом собственно женских особенностей проявлений сексуальности, точнее, психических репрезентантов в ментальном поле женщины, основанных на телесных откликах от внутреннего пространства, «вагины», вплоть до достижения ею пубертатного периода. Однако именно эти его преднамеренные «ошибки» спровоцировали мощный оппозиционный отклик в психоаналитической среде тех времен. Эта теоретическая полемика длится и поныне, деля психоаналитическое сообщество на два лагеря, один, придерживающийся идеи развития «женского» исходя из теорий о мужской сексуальности, другие же предполагают собственное независимое женское развитие, идущее по своим законам и обладающее своей спецификой, связанной с женской телесной либидонозной зоной, вагиной.

З. Фрейд стал «застрельщиком» в глубинном изучении женского, ему в ответ было написано много работ, которые он упомянул и обсуждал в программной работе «Женская сексуальность» 1931 г., что весьма для него не характерно (как отмечает его официальный биограф Э. Джонс). В тот креативный в отношении исследования «женского» период было создано много новых теорий: концепция афанизиса Э. Джонса, К. Абрахам о манифестации женского комплекса кастрации, теория «мужского протеста» А. Адлера, многотомные труды по женской психологии К. Хорни и Х. Дойч.

И хотя З. Фрейд в конце жизни, в конечном счете, признается, что женственность остается для него неизведанной территорией, «погруженным в темноту континентом», он был первым, кто проник в женскую душу так глубоко. Именно в психоанализе З. Фрейда женщины, которые «молчали», получили возможность говорить то, что они думают и чувствуют, что веками в истории человечества им было не только не показано, но и запрещено. Мужское тоталитарное господство и превосходство, о котором мы можем сделать не подлежащие сомнению выводы по письменным источникам, начиная с античного периода истории, полностью заглушало женский голос, «неизвестных» для сообщества реальных женщин, «притаившихся» в глубине темных жилищ – гинекей. «Mulier taceat in ecclesia» – жена в собрании (храме) да молчит, гласит древнее постановление о неучастии женщин в обсуждении общественных дел. Голос женщины в социуме, как считалось фактически до Новейшего времени – это голос горя, хаоса и лжи. И даже сподвижники борьбы за права женщин в эпоху Просвещения не очень–то интересовалась женским внутренним наполнением.

И вдруг неожиданно возникает З. Фрейд с его серьезным отношением к тому, что говорит и чувствует женщина, к ее причудливому непонятному, а потому и отвергаемому мужчинами внутреннему миру – которое очень важно в женщине, создает ее самую сердцевину, наполненную символикой и метафорами. Первой именно женщина (Анна О. – Берта Паппенгейм), а не мужчина, которую выслушали и услышали, стала краеугольным камнем и стартовой точкой в поистине поворотном открытии мирового значения, которое сделал З. Фрейд, именно женщина стала «голосом бессознательного».

Сегодня мы уже имеем развернутое под знаменами психоаналитических концепций З. Фрейда и его учеников и дальнейших последователей научное движение мысли о природе и сущности женщины. Это не только теоретики и практики психоанализа, среди которых самыми известными в наше время можно назвать Ж. Шассге–Смиржель, Н. Шайнесс, Д. Пайнз, Дж. Мак Дугалл и др. В современное время, начиная с Симоны де Бовуар, написавшей первый философский трактат, посвященный женщинам в 40–ых годах прошлого столетия, многие гендерные, психологические и философские исследования женской природы и сущности базируются на психоаналитических теориях женской идентичности, среди них наиболее важными и известными можно упомянуть философские концепции Э. Левинаса, Ж. Деррида, Ю. Кристевой, Л. Иригарэй, Дж. Батлер, С. Жижека, а так же гендерных исследователей, широко использующих психоаналитический инструментарий в своих изучениях женского, среди которых Т. Бреннан, Н. Чадроу, М. Мид и др. В большинстве своем эти ученые из разных областей знаний обращаются именно к З. Фрейду и идеям, заложенным в его работы, связанным с женской сексуальностью и женственностью.

Мысли З. Фрейда исторически стали ключевыми моментами, инициальными площадками для старта ракет–носителей новых теорий, бороздящих бесконечные просторы Вселенной, имя которой Наука. Исследуя то, что глубоко спрятано за занавесом, укутано парусами, зашифровано как древние знания мистерий, З. Фрейд обнаружил то символическое пространство вселенной души человека – женский универсум, которое раньше было доступно в нерасшифрованном виде только в литературе, искусстве и мифологии.

В.И. Ситкарь

Тернополь (Украина), Тернопольский нац. пед. унив. им. В. Гнатюка




9571257232520088.html
9571303496595627.html

9571257232520088.html
9571303496595627.html
    PR.RU™